Коротенький порноролик, найденный в Сети. Некий член, громко рыча, извергает семя в рот смазливой девице. "О-о-о, фиеста!" – рычит он, "Кам фиеста" – отвечает она, облизываясь.
Кам, по-английски, это продукт эякуляции. Фиеста, по идее, это шумный праздник, симуляция пресыщения и насыщения. Где они, наши фиесты? "Мы утратили искусство празднеств", – писал Сальвадор Дали в "Дневнике одного гения". Дали писал свой дневник 50 лет назад. Он был вхож в аристократические дома Европы и сам к концу жизни стал едва ли не монархом живописи, превратив свою жизнь в какую-то сумасшедшую клоунаду и карнавал – по крайней мере внешне. Он хотел показать, что его жизнь была для него праздником, беспрерывным увеселением безумно талантливого и успешного человека.
Действительность, однако, была иной – Дали всю жизнь тяжело и много работал, порой до изнеможения, у него были проблемы с эрекцией и половой ориентацией, и в глубине души он так и остался испуганным онанистом. Праздник – это мантия повседневности, делающая более-менее сносным ее тошнотворный и жалкий вид. У любого праздника есть и обратная сторона.
Спокойно, амиго: скоро и у нас будет праздник – выделенный красным в календаре День Конституции.
Что скрывает он, что приукрашивает?
Проезжая ли по городу, или толкаясь на базаре, смотрю на лица продавцов. Запертые в своих контейнерах и ларьках, палатках или просто кучах ящиков с товаром они мне напоминают тех несчастных собак, охраняющих автостоянки, прикованных к своим будкам. Отличие лишь одно – у собак нет фиесты. Они не могут смотреть телевизор, весь видеоряд которого – пропаганда увеселения и средств для увеселения – каждый второй ролик – реклама водки, они не могут слушать ФМ-станции, смотреть глянцевые журналы и бигборды с хохочущими девицами, рекламирующими сигареты. Нет, они не жертвы, не только жертвы и не столько жертвы господствующего кода, они еще и его бессознательные сообщники.
Код капитализма – это код игры, увеселения, развлечения. Код капиталимзма – это код игры в наперстки, где лоха разводит целая команда сообщников, в которой все роли расписаны, а у "лоха" нет никаких шансов уйти с деньгами.
Не знаю, когда мы утратили искусство празденств, шествий и карнавалов. В средние века не было телевидения и праздники, во время которых приостанавливалось даже действие королевской власти, были необходимостью – выпустить пар из социального котла.
Теперь все иначе. По улицам не течет дерьмо, и в канавах не ползают выброшенные младенцы. Теперь мы сталкиваемся не с репрессивностью монаршьей власти, но с чем-то совершенно иным – репрессивностью навязываемого увеселения. Теперь нам диктуют не только образ мыслей, но и эмоции. Власть обретает эмоциональное измерение – и тут ей прислуживает и вся мощь технического "прогресса" с его все новыми звуко- и видеовоспроизводящими устройствами, и медицина с ее антидепрессантами, и шоу-бизнес, ставший политикой, и политика, становящаяся шоу-бизнесом.
Но что же тогда День Конституции, выделенный красным? Для одних это – праздник, видимость праздника, или просто день создания одной из тех бесчисленных видимостей, узаконивающих их власть. Для других – просто пятно в календаре, желтое, жалкое, горькое и постыдное – как пятно от ночной поллюции на простыне стареющего юноши, который так и не смог преодолеть страх перед женщиной.
День Конституции, который поджидает нас всех – это не праздник. Это – "Кам Фиеста", когда одним – достается восторг и фиеста, а другим – лишь "cum". Глотайте, ребята, не морщьтесь.