Нашел этот текст в бардачке, где валялись бумаги с прошлогодних выборов. Сколько крику-то было! Ну, и спрашивается, что изменилось? Проезжая через Белую Церковь, мимо памятника Ленину, взгляните на противоположную сторону площади, где светится плазменный телевизор – да, именно этот дом культуры и был "приватизирован" хитроумным Хищником, о нем-то и идет речь. Прошел год, но ничего не изменилось: жалкие обитатели городка получмли сочный плевок в лицо, сглотнули, утерлись – "Божья роса…"
Хищник: время снимать маску
Как писал кто-то из арабских мистиков, «если истина не сокрушает тебя до кости, это – не истина». В страшноватом фильме «Хищник-2» есть момент, когда главный герой – чернокожий полицейский, оглушив кровожадного пришельца парой выстрелов, снимает с него маску. Когда маска отскакивает, обнажая жуткий облик чудовища, потрясенный, он восклицает: «ну и урод же ты, братец!»
Нечто подобное недавно случилось и в наших краях. На днях прокурор города, Александр Васильевич Лупейко провел пресс-конференцию, на которой огорошил местных журналистов разоблачением головы наблюдательного совета завода «Сельмаш», господина А.Олийныка.
Сенсационному событию предшествовала серия крикливых и путаных статей в газете «Копейка», посвященных тому, как был задержан и томим в КПЗ вышеназванный господин. Главное обвинение, которое газета выдвинула прокуратуре, это факт задержания хорошего человека нехорошими милиционерами, которые посадили его в камеру на целые сутки, да еще и за день до Нового года, чем чуть не испортили семейный праздник. «Кто заказал Александра Олийныка?» – вопрошала «Копейка».
Ответ на него Александр Васильевич озвучил на первой же минуте: «работники завода, которые много лет не могут добиться выплаты зарплаты». Нет повести печальнее на свете, чем повесть о невыданной зарплате – история с долгами тянется уже лет десять, и конца-краю ей не видно. Сотни, если не тысячи людей, отчаявшись, уже просто махнули на них рукой…
Впрочем, подлинный «заказчик» все же, думается, иной, и находится он километрах в 80 к северо-востоку. Ведь было же обещано «бандитам – тюрьмы». Но и «заказанный» – совсем не тот, за кого он себя выдает.
Мужское хозяйство под женской крышей
Кроме поста главы наблюдательного совета «Сельмаша» (вольного смещать и назначать директоров завода) А.Олийнык является еще и руководителем десятка предприятий: «Белоцерковский машиностроительный завод», «Белоцерковагропром», «Стандарт-Авто», и других, разбросанных по всей области.
Хозяйство немалое, на одном «БелоцерковМаЗе» работает порядка 800 человек. Впрочем, зарплаты довольно средние даже по белоцерковским меркам: инженеры 1-2 категории получают не больше 800 гривен, квалифицированные рабочие – около 1000, мастера – 600 гривен. Другими словами, платят ровно столько, чтобы работник еще имел силы работать, но уже не имел сил возмущаться и бунтовать. В последнее время выплату стали задерживать.
О размерах получаемой хозяевом этих предприятий прибыли в наших краях говорить как-то не принято. Не те традиции. Однако почти дармовая рабочая сила, высокие цены на выпускаемую продукцию, и деятельный характер Александра Олейника сделали его, безусловно, одним из самых богатых и влиятельных людей города. По сведениям из партийного закулисья, он очень интересуется проходными местами в списках некоторых партий, и предлагает за них суммы семизначные.
Довольно оригинальна его политическая «крыша». Она «двускатная» и создана женщинами. Одна из них это глава бюджетного комитета Верховной Рады госпожа Л.Супрун (она представляет Народно-Демократическую партию). Второй скат «крыши» образует тимошенковская «Батькивщина».
Логика г-на Олейника понятна: «нет ничего надежнее, чем любовь за деньги», и «чем больше больше дам, тем меньше я им дам». Л.Супрун имеет надежные связи в старом прокучмовском «истеблишменте». А вот Юлия Владимировна совсем наоборот, из лагеря «помаранчевых», а не «голубых», за ней будущее. Это не должно удивлять: фаворитизм и неразборчивость Ю.Тимошенко в связях (как и ее финансовые проблемы) хорошо известны всем, кто с ней работал.
Из клана – в клоны
Появление г-на Олейника на заводе «Сельмаш» весьма загадочно. До 2002 года он никакого отношения к заводу не имел. Свою бизнес-деятельность он начинал еще при Советской власти в магазине «Сделай сам», что когда-то был на Гордынского. Потом было создано предприятие «Сфера-Авто», занимающееся извозом. Предприятие это вступило в борьбу с породившим его АТП, что возле горбатого моста, началась тяжба, длящаяся и по сей день. Ничего интересного. Однако после агонии Авиаремонтного завода он воспользовался открывшимися возможностями, и проявил немалую сноровку при создании «БелоцерковМаЗа».
На новое предприятие перешли конструктора из сельмашевского КБ. И не с пустыми руками. Они не только прихватили с собой документацию на выпуск уже разработанной на «Сельмаше» техники, но еще и оформили на нее свои авторские права. Ранее в Украине подобную сообразительность в отношении авторских прав проявил лишь небезызвестный В.Медведчук – и прилично на этом нажился.
Тем временем «Сельмашем» фактически уже управляла лизинговая компания, имевшая 20% акций завода, и еще 26% акций, полученных от государства в управление. В компании четко просматривались бизнес-интересы «днепропетровского клана» – олигарха Виктора Пинчука, и его подручного, народного депутата, известного по прозвищу «Валера-блендамед» из т.н. «Команды озимого поколения». Сейчас этот этнически окрашенный клан (Пинчук, Хорошковский, Грановский, Богословская, Рабинович) активно облепливает все столбы в Киеве плакатами «2006 – год Виче», «НЗФ – мирову угоду» и так далее.
По идее, задача лизинговой компании – финансовое посредничество с целью упростить покупателям приобретение сельхозтехники. На деле вышло немного иначе. «Сельмаш» распался на ряд небольших предприятий: «Белоцерковагромаш», «Атон», «Ротор», «Инструментальщик» и др. Правда, три года назад жизнь на нем еще теплилась – хотя из 6,5 тысяч человек осталось всего 2 тысячи, в месяц еще выпускались 50-70 комбайнов КПИ-2,4 и другая техника.
Кто знает, сколько бы еще «озимые» царствовали на заводе, но с треском проиграв парламентские выборы 2002 года и оказавшись в долгах, они засуетились. Вот тогда-то в кресло головы наблюдательного совета завода и был посажен Александр Олейник, к тому времени успевший обрости нужными связями, человек молодой и энергичный.
С самого начала он повел политику, полностью в духе «Валеры-блендамеда» – за три года его руководства не было проведено ни одно общее собрание акционеров, хотя раньше они проводились ежегодно. Руководство пошло «в ручном режиме», что в то время выглядело очень современно. Однако постоянные подковерные «тёрки» с куплей-продажей акций (самая шумная из которых прошла в июле прошлого года) привели к тому, что сегодня очень трудно сказать, кто же на самом деле владеет предприятием, в чьих руках и какой пакет акций сосредоточен. А значит, и легитимность полномочий главы наблюдательного совета г-на Олийныка – вопрос, вообще говоря, весьма спорный.
Собирание скальпов
«Сельмаш» оказался для него обширным «охотничьим угодьем». Первое, что сделал новый «predator», это провел инвентаризацию имущества. Оказалось, что на заводе все еще есть чем поживиться – старые запасы металла по цене 1 гривня за тонну, склады, забитые разными деталями… Как рассказывают старые работники, все это, вплоть до мыла с содой, по копеечным, до-инфляционным ценам выкупили родные для г-на Олейника предприятия. Потом все это перепродавалось «Агромашу» назад, но уже по новым, вздутым ценам. Выяснить, сколько сотен тысяч гривен было получено таким путем – задача следователя, а не журналиста.
Затем была проведена кадровая инвентаризация, а проще говоря, сокращение штатов. Людям, проработавшим на заводе по 30 лет, это объяснялось так: «все вы воры, все вы грабите». Кого сокращали, кого выживали. Из 2000 человек на заводе осталась четвертая часть. На «Агромаше» из 1000 человек осталось всего 70, и это предприятие – фактический наследник «Сельмаша», сегодня практически разрушено. «Карманная пресса» изображает г-на Олийныка едва ли не Махатмой, однако его активная неприязнь к профсоюзам общеизвестна. Руководитель сельмашевского профкома уже давно вынужден обретаться на базаре. Все попытки профсоюзных активистов проникнуть на предприятия, принадлежащие г-ну Олийныку окончились ничем. И как после этого у человека поворачивается язык сказать, что он «создал 500 рабочих мест», и вообще «слуга царю, отец солдатам»?
Главная добыча
И наконец, вершина деяний – прошлогодняя «купля-продажа» Дома Культуры «Сельмаша». Кусок действительно лакомый – три этажа, концертный зал, центр города… К тому времени схема была уже отработаной. Подписан договор продажи громадного здания родному «МаЗу» по цене киевской трехкомнатной квартиры – 1,6 млн. гривен. Потом появилось «дополнение» к договору, по которому оплата покупки производилась сначала векселями, а потом и сводилась к взаимозачету. И наконец, искусственно создавалась задолженность «Сельмаша» перед «МаЗом», после чего Дом Культуры переходил в собственность «МаЗа» вообще бесплатно.
О деталях этих «подвигов» прокурор Белой Церкви рассказал достаточно подробно. А также и о том, как якобы три года назад продавался «Стандарту-Авто» цех №30-Т, (площадью 7800 м.кв. за 1,2 млн. гривен, то есть по 150 гривен за квадратный метр – цена средней руки паркета), а также корпус 202 (за 1,9 млн. гривен).
Самое смешное в «продаже» последних двух объектов – это даже не цена, а то, что подписи в договорах (кроме подписи Олийныка) и вовсе оказались поддельными. Об этом есть официальные выводы экспертизы. Следствию также удалось выяснить, что и составлены они в конце 2005 года задним числом на компьютере, стоявшем в кабинете этого уважаемого гражданина.
Есть вещи, о которых прокуратура пока ничего не сказала, но о которых нам поведали старые работники «Сельмаша» – о том, что его руководство вынашивало и планы аналогичной «продажи» через искусственно созданную задолженность и цеха №31, выходящем прямо на бульвар 1-го Мая. И если бы не вмешательство компетентных органов, вполне возможно, что и этот цех ушел бы «за долги» по цене уже не паркета, а турецкого линолеума. Есть свидетели того, что продолжается активный «распил» имущества завода на площадке №2: станки, конвейеры, покрасочные линии вывозятся и продаются, несмотря на то, что имущество завода находится под арестом.
Мотивы таких деяний вполне ясны – по решению суда эти объкты должны были быть проданы с торгов для выплаты задолженности по зарплате. Но кто захочет отдавать имущество каким-то «голодранцам», когда есть все возможности его не отдавать, проявив изобретательность? «Суд? – Купим! Прокуратура? – Заткнем!»
Искушение зеленой кровью
По иронии судьбы, нынешний год Президент Виктор Ющенко объявил «годом села». Однако именно в этот год село не получит из Белой Церкви ни одного кормоуборочного комбайна. Мало того, что за последние три года было разрушено производство нужной для села техники. Ведь из-за сфабрикованных договоров даже выплата долгов по зарплате оказалась заблокированной. А ведь за корпуса №30 и 202 реальные покупатели давали около 8 миллионов гривен…
В деле о разграблении «Сельмаша» еще много красочных деталей, но главное не в них. Дело в живых людях, бывших работниках, которые вынуждены искать средства к существованию, не работая в цехах, а торгуя на базарах, деградируя и теряя здоровье.
Можно не сомневаться, что дело о присвоении Дома Культуры «Сельмаша» будет доведено до суда. Также можно надеяться, что территориальная избирательная комиссия не позволит баллотироваться на пост мэра города человеку, находящемуся под следствием. Но если этого не случится, то можно быть уверенным, что жители города скажут свое твердое «нет» господину, чья предприимчивость вышла далеко за пределы если не закона (это решит суд), то человеческой морали. Ведь смогли же они на прошлых выборах устоять перед посулами бизнесменов Ивана Шилова и Виктора Шаровары? Смогут и сейчас!
Последняя истина
«Сухой остаток» от всей этой истории и сладок, и горек. Горек – потому что нет ни одной политической силы, которая проявила бы хоть какую-то заинтересованность в элементарном наведении порядка на заводе, попыталась спасти его от развала. Горек – потому что мы увидели продажность местной прессы, слабость суда, нахрапистость и беспринципность столичной политической «крыши», порочность государственной политики огульной приватизации.
Но есть и то, о чем мы тоже не должны забывать – среди нас есть не только трусы. Теперь мы знаем, что есть люди, которые не побоялись выступить перед противником неизмеримо более сильным и жестким, и, действуя решительно и смело, смогли сорвать с него маску, сказав то, что мы так долго ждали услышать – истину, которая убивает: «ну и урод же ты, братец!» Наш с вами долг – лишь поверить в увиденное.
Азат Абыев
