Кто из нас не восхищался красотою див рода человеческого! Куда ни глянь, отовсюду они зрят на тебя: яркие, желанные, недостижимые. После многих часов, дней, недель и лет, проведенных по вечерам у телевизора, с его изобилием телерекламы и сияющих, гладконогих, пышногрудых красавиц, томно закатывающих очи, начинает казаться, что и в жизни нашей их немало. Способствует такому приятному заблуждению и посещение общественных мест, столичных кафе, увеселительных заведений, и даже метро, где нет-нет да и наткнешься на смазливую мордашку или что-то более-менее выпуклое.
Так почему же в нашей с вами, так сказать, эмпирике, так много уродок? Откуда выползают и вторгаются в нашу с вами жизнь все новые и новые безобразные бабенки – да еще с гонором, с претензиями, со своими дурацкими «мнениями»?
Давайте подумаем логично. Большинство женщин, вообще говоря, особой привлекательностью не блещут. Да и записные красавицы Голливуда являются «условно красивыми» – сними с них слой макияжа, да одень во что попало, да заставь денек поработать в огороде, во что они превратятся? Помню, как потряс меня (да и не одного меня, а и членов американской киноакадемии, что раздает «Оскары») фильм «Монстр» с Шарлиз Терон – без штукатурки, да в нелепых прикидах и с нечесаными волосами, с дурацкими повадками гламурная красотка превратилась в настоящее чудовище, подобных которому полно на наших базарах и улицах.
Женская красота, по большей части, это дело рук человеческих – сумма достижений парфюмерной промышленности, индустрии модных шмоток, фотографов, дизайнеров и программистов, создавших «Фотошоп». Женщина как объект, вызывающий желание – продукт культуры, технологий, труда и вдохновения, наложенных на объект, должный отвечать определенным критериям (рост, вес, возраст, распределение жира в организме и пр.). Само по себе женское тело привлекательно лишь ненамного больше, чем тело ламантина. В этом плане мужская красота ближе к природе, так что если с самого крутого красавца снять трусы, обнажив его «ество», то оный экземпляр неминуемо окажется в опасной близости к шимпанзе, бабуинам и прочим крупным приматам. Куда ему до красоты дельфина!
«Культура – это тонкая яблочная кожура над океаном бурлящего хаоса», писал Ницше. Разделение на природу и культуру, естественное и искусственное – традиционное разделение, проводимое мыслителями Модерна. Что бы мы ни говорили о красоте естественности, в первую очередь нас влечет эстетика искусственного, захватывающая все новые рубежи. Порнозвезда Дженна Джеймсон вспоминала, что когда ей вшили в грудь силиконовые имплантанты, поначалу они показались ей огромными, тяжелыми, наконец, они просто мешали спать. Однако на сцене – а она работала стриптизершей, все обернулось иначе: мужики в зале просто сходили с ума от ее новых, гигантских, простите, сисек.
Мужчин привлекают красивые женщины, какими бы неестественными они ни казались. Пенять на «слой штукатурки» или на «силикон», могут только неудачники, женоненавистники (что почти одно и то же) и сами женщины, завидующие чужой красоте. Конечно, невозможно создать привлекательную внешность, если сама основа – лицо и тело, изначально неудачны, уродливы. Проблема в том, что неудачных экземпляров человека всегда гораздо больше, чем удачных – в десять раз или в сто, не важно. Большинство женщин от природы некрасивы, и процент явных уродин настолько немал, что в реальной, а не телевизионной, виртуальной жизни они довлеют. Мужской взгляд работает выборочно, не останавливается на некрасивых лицах или уродливых фигурах. Напротив, места, где мимо нас проплыла красивая женщина, запоминаются надолго. Тем и привлекает нас виртуальный мир: в нем нет ни нужды, ни смерти, ни уродства. Виртуальный мир – это пространство желания, рукотворный парадиз.
Красивые женщины населяют виртуальное пространство, некрасивые и безобразные – реальный мир. И как бы ни привлекали нас первые, и как бы ни отталкивали вторые, но они – сама естественность, Природа, какой бы странной, обескураживающей и невыносимой она порой ни казалась.
))))
