Второго июня с.г. прошла презентация книги «Непристойные наслаждения. Опыты радикальной мысли», автором которой я имею честь быть. Мероприятие прошло в помещении общества «Знание». Людей собралось не в избытке, но ведь и книга-то – отнюдь не беллетристика… Это – для тех, «who love the glance of mental, and love the smell of blood», как поется в песне группы «Running Wild».
Уставший от организационных хлопот, к которым я не имею ни способностей, ни тяги, я произнес вступительное слово, где кратко рассказал о нашей книге, как она писалась, и передал слово Алексею Константиновичу Шевченко, моему соавтору.
По этому случаю Алексей надел бойцовский белый пиджак, и водрузился на трибуну, обрушив на зрителей плотный поток интеллектуальной «картечи». Однако, как ни странно, присутствующих это увлекло, и в течение битого часа в зале не было ни одного уснувшего, у которого перегорели бы мозговые предохранители.
Не знаю, многое ли поняли присутствующие из его речи. Он говорил в основном о психоаналитическом понимании нарциссической схемы желания, приводя примеры из сферы искусства. Правда, звучало все это убедительно и вполне научно. А надо сказать, что в зале находился председатель общества «Знание» Василий Иванович Кушерец, д.ф.н., профессор и заслуженный деятель науки и техники Украины, о чем гласила его визитка, бережно помещенная в мой бумажник.
В какой-то момент, когда пар из моего соавтора начал понемногу выходить, я вмешался и сказал несколько слов о том, что еще, помимо психоанализа, содержится в нашем труде. Прежде всего, это новое знание: раскрыта связь массы феноменов в различных сферах жизни с нарциссической схемой желания, показано ее упорство и вездесущесть, ее основные черты и связь с самой основой западной культуры, философии, религии. Создан концептуальный аппарат, наконец, показано единство и основной мотиватор того, что мы называем «нарциссическим мутагенезом». Книга дает новую, принципиально отличную от марксистской, точку зрения на то, что движет экономикой: не накопление капитала, а нарциссическая потреба, ЖЕЛАНИЕ!
Многое еще хотелось и надо было сказать, но слова – как птицы, прилетают когда хотят, и улетают тоже. Да и всего не скажешь. После небольшой дискуссии Алексея Константиновича и Василия Ивановича об образе бога в монотеистических религиях, пришло время объявить об окончании официальной части, и пригласить гостей утолить жажду добрым вином.
О таких мероприятиях всегда трудно говорить. Они – посредине между публичными и просто личными. С одной стороны, здесь в основном собрались люди, которые знают нас давно. С другой, выход книги по социальной философии, это публичное деяние. Так или иначе те, кто хотел побывать, пришли и получили от авторов книгу с автографом, а те, кого приглашали, но они не пришли, тоже никуда не делись, и мерцают на нашем мысленном горизонте. Книга – это как записка в бутылке, брошенная в океан: неизвестно, кто найдет ее, и какой будет ее судьба.
Я отдал этой книге три года. Досадно, конечно, что на сегодняшний день ее едва ли прочитало больше трех человек. Досадно, что гости на презентации думали, что главным автором был А.Шевченко (как-никак, доктор наук!), а моя скромная персона осталась в стороне. Парадокс в том, что дорогой Алексей Константинович, книгу не писал. Мы встречались раз 20 за три года, и он только наговаривал на диктофон свои идеи, которые приходилось систематизировать, додумывать, в результате чего из 7 страниц наговоренного текста оставалось 4-5, а затем я дописывал еще 10 своих, так что мой вклад был не таким уж скромным.
Но я не жалуюсь. Отдав работе примерно 1000 часов труда, массу нервов (поиском издателя, печатанием и прочим занимался тоже я), деньги для меня уже не имели большого значения. Несмотря на то, что по финансовым соображениям текст пришлось урезать (две главы пошли "под нож"). И все же эта книга – мое главное детище, удачна. Она неплохо написана. Она содержательна. Она дает широкую перспективу. Наконец, в ней есть идейная основа, и я надеюсь, она убедительна.
На мой взгляд, самая удачная глава это «Бритва Эго Когито», где рассматривается история европейской философии с точки зрения объект-субъектного различения. Это тонкий момент, и я горжусь, что мне удалось не только его прочувствовать, но и внятно изложить. Наиболее рискованными являются главы о «Сверхтекучей валюте» и «Порнополитика». Понятия «параюмора» и «Нечто» также могут показаться странными, но я убежден, что они имеют право на жизнь. В целом книга не настолько радикальна, как может показаться, и многие вещи уже были затронуты западными авторами, с которыми я, благодаря моей переводческой деятельности, успел ознакомиться.
«Вы знаете, что написание книги, это только часть труда, и 80% работы по продвижению книги вам еще предстоит сделать?», спросила меня одна из гостей.
Чего ж не знать, дорогая! Но я также уверен и в том, что родив дитя, его нельзя бросить на произвол судьбы – иначе каков смысл? В то же время я испытал облегчение – мучительный период творческих исканий и упорного труда (три года без отпусков и почти без выходных!!!) меня измотал.
Плевать, что многие из знакомых встретили выход книги суровым молчанием – «зависть других художников всегда была для меня мерилом моего успеха», писал Сальвадор Дали в «Дневнике одного гения». Когда ты совершил Поступок, ты начинаешь принадлежать своей Судьбе, а не случайности.
